Кассационный суд № 28440/2025: Право на письменный перевод для иностранного обвиняемого при применении мер пресечения

Обеспечение справедливого судебного разбирательства для всех, включая тех, кто не говорит по-итальянски (иностранцев), является краеугольным камнем нашей судебной системы. Постановление Кассационного суда № 28440 от 20 июня 2025 года (зарегистрировано 4 августа 2025 года) проясняет важнейший аспект: перевод документов при применении личных мер пресечения. Данное постановление определяет взаимосвязь между срочным устным переводом и фундаментальным правом на письменный перевод, что является центральным вопросом для права на защиту.

Срочный перевод против письменного перевода: пределы устности

Дело, рассмотренное Верховным судом, касалось обвиняемого Ф. Х., в отношении которого была применена мера пресечения. Ключевым моментом была адекватность перевода постановления. Статья 51-бис, пункт 2, исполнительных положений УПК позволяет осуществлять "срочный перевод" (устный и краткий) для ускорения процесса. Статья 143 УПК, напротив, гарантирует иностранцу право на письменный перевод существенных документов. Постановление № 28440/2025 определило взаимосвязь между этими двумя нормами, сбалансировав оперативность и право на защиту.

В отношении личных мер пресечения процедура срочного перевода, предусмотренная для слушания по утверждению задержания с поличным и одновременного постановления о применении меры согласно ст. 51-бис, п. 2, исполнительных положений УПК, предусматривает, если право на защиту обвиняемого не нарушено, лишь устный перевод, в том числе в краткой форме, который не выполняет заменяющей, а скорее дополняющей функции гарантий, предусмотренных ст. 143 УПК. Таким образом, отсутствие или несвоевременный письменный перевод первоначального постановления, вынесенного в отношении иностранного обвиняемого, не владеющего итальянским языком, за исключением явного и осознанного отказа от него, влечет за собой недействительность промежуточного режима, которая может быть заявлена путем подачи ходатайства о пересмотре, при условии, что заявлен актуальный и конкретный интерес, заключающийся в незаконном ущербе праву на защиту, параметризованный к факту, характеризующемуся отсутствием письменного перевода, но тем не менее характеризующемуся наличием срочного устного перевода.

Кассационный суд разъясняет, что срочный устный перевод не заменяет письменный перевод постановления о мере пресечения, а дополняет его. Последний является фундаментальным правом иностранного обвиняемого, необходимым для глубокого анализа мотивов и эффективной защиты. Отсутствие письменного перевода, за исключением осознанного отказа, влечет за собой недействительность промежуточного режима.

Недействительность промежуточного режима: условия и последствия

"Недействительность промежуточного режима" не аннулирует акт автоматически, но должна быть заявлена обвиняемым или его защитником путем подачи ходатайства о пересмотре. Необходимо продемонстрировать "актуальный и конкретный интерес", то есть "незаконный ущерб праву на защиту", аргументируя, как отсутствие письменного перевода ограничило способность понять обвинения или оспорить меру. Постановление № 28440/2025 отменяет с передачей на новое рассмотрение решение Суда Свободы Салерно для новой оценки.

Ключевые моменты:

• Срочный устный перевод (ст. 51-бис исп. пол. УПК) дополняет, а не заменяет письменный перевод (ст. 143 УПК).
• Письменный перевод постановления о мере пресечения является фундаментальным правом иностранного обвиняемого.
• Отсутствие или несвоевременный письменный перевод влечет за собой недействительность промежуточного режима.
• Для признания такой недействительности необходимо доказать конкретный ущерб праву на защиту.
• Отказ от письменного перевода действителен только в том случае, если он явный и осознанный.

Заключение: Важный шаг к справедливому процессу

Постановление Кассационного суда № 28440 от 2025 года является важным юриспруденционным разъяснением. Оно укрепляет защиту права на защиту для иностранных обвиняемых, балансируя между потребностями процессуальной оперативности и фактическим пониманием судебных документов. Оно напоминает юристам, что процесс является справедливым только в том случае, если каждый участник может в полной мере осуществлять свои права без языковых барьеров.