Способность обвиняемого участвовать в процессе: Кассационный суд в постановлении № 27268/2025 определяет полномочия следственного судьи

Способность обвиняемого сознательно участвовать в уголовном процессе является краеугольным камнем нашей правовой системы, основополагающим для обеспечения права на защиту. Кассационный суд в постановлении № 27268 от 07.07.2025 года дал важное разъяснение относительно полномочий и обязанностей следственного судьи (GIP) в отношении установления этой способности. Данное решение, которое отменило без направления на новое рассмотрение постановление следственного судьи суда Пескары, имеет большое значение для всех юристов и заслуживает подробного анализа для понимания его практических последствий.

Статья 70 УПК и необходимость установления

Статья 70, пункт 3 Уголовно-процессуального кодекса обязывает судью назначить экспертизу, если есть основания полагать, что психическое состояние обвиняемого препятствует его сознательному участию в процессе. Эта норма направлена на защиту обвиняемого от процесса, в котором он не смог бы понять обвинения или в полной мере реализовать свои права. Ходатайство об установлении может исходить от прокурора, защитника или быть назначено по инициативе суда. Рассматриваемое постановление сосредоточено именно на условиях, которые активируют обязанность следственного судьи провести такое техническое установление.

Позиция Кассационного суда: самостоятельная оценка и обязанность проведения экспертизы

Постановление № 27268/2025 Кассационного суда точно определило границы вмешательства следственного судьи. Позиция гласит:

В отношении способности обвиняемого участвовать в процессе, следственный судья, к которому, согласно ст. 70, п. 3 УПК, обращается прокурор с ходатайством об установлении способности подозреваемого сознательно участвовать в процессе, не обязан назначать экспертизу, если он самостоятельно располагает оценочными элементами, свидетельствующими о наступившей недееспособности лица, в отношении которого ведется расследование, однако обязан провести ее в форме предварительного разбирательства, когда, в том числе на основании доводов прокурора, возникает "fumus" (признак) указанной недееспособности.

Данное постановление различает две ситуации. Следственный судья не обязан назначать экспертизу, если он уже располагает самостоятельными и достаточными элементами, которые ясно демонстрируют недееспособность подозреваемого, делая дальнейшую техническую оценку излишней. Однако обязанность назначить экспертизу в форме предварительного разбирательства (ст. 392, п. 2 УПК) безоговорочно возникает, когда из ходатайства прокурора и приложенных элементов появляется "fumus", то есть серьезное и обоснованное подозрение, о потенциальной недееспособности. Этот "fumus" не требует неопровержимого доказательства, а лишь правдоподобного подозрения в том, что подозреваемый может быть не в состоянии сознательно участвовать в процессе. Это различие имеет решающее значение для балансирования процессуальной эффективности с защитой фундаментальных прав.

Элементы для "fumus" и практические соображения

Для активации обязанности следственного судьи назначить экспертизу, прокурор должен представить элементы, которые могут вызвать "fumus" недееспособности. К ним могут относиться:

• Предшествующие медицинские или психиатрические заключения.
• Аномальное поведение подозреваемого во время следственных действий.
• Заявления третьих лиц об ухудшении психического состояния.
• Любые другие данные, указывающие на нарушение способности к участию.

Предварительное разбирательство гарантирует состязательность при техническом установлении, обеспечивая прозрачность и достоверность. Постановление № 27268/2025 соответствует предыдущей судебной практике (например, № 33098 от 2019 года), но усиливает ее специфику, делая акцент на необходимости тщательной оценки со стороны следственного судьи.

Заключение: Существенный баланс

Постановление № 27268 от 2025 года Кассационного суда является фундаментальной точкой отсчета для применения статьи 70 УПК. Оно вновь подтверждает важность способности обвиняемого для справедливости уголовного процесса, одновременно предоставляя ясность относительно полномочий и обязанностей следственного судьи. Решение балансирует ненужность излишних экспертиз, если недееспособность уже очевидна, с безусловной обязанностью технического установления при наличии "fumus" недееспособности. Такой подход защищает фундаментальные права обвиняемого, гарантируя справедливый процесс, сохраняя при этом рациональность судебной системы. Для юристов постановление подчеркивает важность тщательной оценки и правильного представления доказательств в поддержку ходатайств об установлении.