Итальянское уголовно-исполнительное право — сложная область, где надежда на социальную реабилитацию часто сталкивается со строгостью норм, касающихся тяжких преступлений. Среди них так называемые «рецидивирующие преступления» представляют собой особую категорию, для которой доступ к льготам, таким как премиальные отпуска или условно-досрочное освобождение, обусловлен строгими условиями: сотрудничеством с правосудием. Но что происходит, когда такое сотрудничество объективно невозможно? Кассационный суд своим постановлением № 24914 от 7 мая 2025 года (зарегистрированным 7 июля 2025 года) дал фундаментальное разъяснение процессуальных пределов установления этой «невозможности сотрудничества», четко определив роли надзорных судебных органов.
Статья 4-бис Закона № 354/1975 (Уголовно-исполнительный кодекс) устанавливает, что для осужденных за определенные преступления, считающиеся «рецидивирующими» (такие как мафия или терроризм), доступ к пенитенциарным льготам закрыт, если они не сотрудничают с правосудием. Однако статья 58-тер Уголовно-исполнительного кодекса предусматривает важное исключение: она позволяет доступ к льготам даже при отсутствии сотрудничества, если оно «объективно невозможно». Установление этой, далеко не простой, невозможности стало центральным моментом недавнего решения Верховного суда.
Вопрос, рассмотренный Верховным судом, касался процедуры запроса и получения установления объективной невозможности сотрудничества. Заключенный, г-н А. П. М., подал прямой запрос в Суд по надзору за исполнением наказаний в г. Л'Акуила. Кассационный суд под председательством доктора С. М. и в качестве докладчика доктора М. Г. З. признал такой запрос неприемлемым, подтвердив решение Суда по надзору за исполнением наказаний. Формулировка постановления ясна и лаконична:
В отношении пенитенциарных льгот для осужденных за рецидивирующие преступления, случайное установление объективной невозможности сотрудничества с правосудием, предусмотренное ст. 58-тер Уголовно-исполнительного кодекса, не может быть самостоятельно запрошено заключенным у суда по надзору за исполнением наказаний, даже в ходе процедуры предоставления льготы перед надзорным судьей; последнему принадлежит оценка предварительного характера такого установления для принятия решения.
Это постановление подтверждает, что установление невозможности сотрудничества не является самостоятельной процедурой, которую заключенный может инициировать «отдельно» перед Судом по надзору за исполнением наказаний. Напротив, это оценка, которая входит в более широкую процедуру предоставления пенитенциарной льготы, и ее необходимость должна оцениваться органом, ответственным за саму льготу.
Решение Кассационного суда подчеркивает различие в ролях между надзорным судьей и Судом по надзору за исполнением наказаний. Судья (ст. 69 и 70 Уголовно-исполнительного кодекса) является единоличным судьей, который занимается исполнительной фазой наказания и предоставлением менее сложных льгот. Суд (ст. 69 и 70 Уголовно-исполнительного кодекса и ст. 678 УПК) является коллегиальным органом, который принимает решения по более значительным льготам. Постановление 24914/2025 разъясняет, что оценка «предварительного характера» установления невозможности сотрудничества принадлежит надзорному судье. Именно он, будучи призванным принять решение о льготе, должен определить, необходимо ли устанавливать невозможность сотрудничества, а не заключенный, который может «навязать» такое установление Суду в автономном порядке.
Это постановление Кассационного суда имеет важные практические последствия:
Постановление № 24914/2025 Кассационного суда представляет собой твердую позицию в юриспруденции, касающейся рецидивирующих преступлений и доступа к пенитенциарным льготам. Оно не изменяет право осужденного на доступ к льготам в случае объективной невозможности сотрудничества, но строго регулирует процессуальные процедуры. Для юристов и заключенных крайне важно понимать, что запрос на установление невозможности сотрудничества не может быть самостоятельным действием, а должен вписываться в контекст запроса на льготу, при этом надзорный судья выступает в качестве первого оценщика ее фактической необходимости. Такой подход обеспечивает порядок и последовательность системы надзора, гарантируя, что каждая оценка будет функциональной для окончательного решения о реабилитационном пути осужденного.